Новости Севастополя

Призрак редактора Иванова больше никого не беспокоит

 Из письма в редакцию...

Stop Killing JournalistsОрганизация «Международный комитет по защите журналистов» готовит письмо Президенту Ющенко, так как он выразил решительность раскрыть дела по убийству журналистов. Мы хотели бы отправить господину Президенту самую актуальную информацию по этим делам и собираем информацию о ходе расследования дел убитых журналистов в Украине с 1995 года до настоящего времени. Нас интересует любая информация о деле Владимира Иванова.

Лиана АРОЯН, Комитет по защите журналистов, Нью-Йорк


Семья

Призрак редактора Иванова больше никого не беспокоит

Шансов на раскрытие убийства главного редактора газеты «Слава Севастополя» Владимира Иванова практически нет, считает семья журналиста.

Десять лет назад, 14 апреля 1995 года, был убит главный редактор газеты «Слава Севастополя» Владимир Иванов. Правоохранители до сих пор не могут назвать исполнителей и заказчиков преступления. Не так давно новая власть заявила о планах по раскрытию заказных убийств прошлых лет, однако члены семьи погибшего журналиста не верят, что виновные будут найдены.

В. Иванов был убит в двухстах метрах от своего дома, возле автомобильной стоянки, куда он ежедневно ходил по одному и тому же маршруту. В мусорный контейнер рядом с дорогой было заложено взрывное устройство. Оно сработало в тот момент, когда журналист проходил мимо.

— Он вышел из подъезда вместе с соседом, — рассказывает сын погибшего редактора Андрей Иванов. — Примерно в пятидесяти метрах от перекрестка к соседу подошел какой-то мужчина и остановил его, а отец пошел дальше. Он не обратил внимания на мусорный бак, который появился возле дороги ночью. Позже следствие установило, что в контейнере находилась взрывчатка — около 400 граммов тротила. Кстати, люди видели, как после взрыва по крыше бежали двое неизвестных: по всей видимости, именно они управляли устройством.

Взрыв был такой силы, что из окон близлежащих домов повыбивало стекла. Спустя мгновение на помощь к пострадавшему стали сбегаться люди. Соседи из окон квартир бросали медикаменты и бинты, так как до приезда медиков было необходимо остановить кровотечение.

— Отец не боялся, хотя к нему неоднократно приходили на работу и угрожали. Мы не знаем, связано ли убийство с какой-то конкретной публикацией — у него все материалы были злободневные, — считает А. Иванов.

В реанимации редактор «Славы Севастополя» прожил еще четыре дня. Врачам пришлось ампутировать обе ноги, пострадавшему было перелито около 40 литров крови:

— На следующий день после взрыва отец пришел в сознание и даже позвонил домой. Он сказал: «Я выкарабкался, все худшее позади». Однако когда медики допустили к нему жену, он вновь был в коме. Врачи ей говорят: «Он вас не слышит», и тогда она сказала: «Володя, если ты меня слышишь, сожми мою руку». И он вдруг погладил ее руку большим пальцем, — говорит сын редактора.

В те дни семье В. Иванова поступали многочисленные предложения о помощи. Пострадавшего даже предлагали перевезти в зарубежную клинику. Однако врачи запретили перевозить пациента, заявив, что он нетранспортабелен.

— Мы знаем, в больницу поступали угрозы: говорили, что если отец выживет, следующий взрыв прогремит в палате, — утверждает А. Иванов.

В день похорон Андрей, которому тогда было тринадцать лет, долго не мог уснуть, ворочаясь в постели. И вдруг посреди темной комнаты он увидел силуэт отца:

— Я тогда испугался, закричал и выбежал из комнаты. Нечто подобное сообщали и журналисты «Славы Севастополя». Один из них говорил, что вскоре после похорон видел отца в редакции, идущего в конце коридора. В другой раз бывший редактор появился в дверном проеме во время какой-то планерки. Журналисты нам говорили, что первое время в кабинете отца происходили странные вещи — со стола сами собой падали стопки бумаги, присутствие отца ощущалось постоянно. Потом все прекратилось, — рассказывает сын В. Иванова.

Спустя два года после убийства следствие закрыло уголовное дело, затем оно было возобновлено вновь. Впрочем, шансов на раскрытие преступления практически не осталось, считают родственники журналиста.

— Расследование зашло в тупик: улики отсутствуют. Сложно сказать, кто был заинтересован в смерти отца. Враги у него были везде — и в милиции, и в органах местной власти, — уверен сын редактора.

Андрей — единственный из троих сыновей В. Иванова, решил пойти учиться на журналиста. Этим летом он получит диплом, однако работать по специальности не собирается:

— После убийства отца журналисты стали бояться. Фактически тогда сломали севастопольскую журналистику, газеты потеряли свою «остроту», стали безоговорочно поддерживать власть, — заявляет А. Иванов.

Сергей СТЕПАНОВ


Коллеги

Хроника объявленной смерти

С момента трагической гибели редактора городской ежедневной газеты «Слава Севастополя» Владимира Иванова прошло десять лет. За его гробом шли тысячи горожан, задававшихся одним и тем же вопросом: кто был заказчиком убийства, которое на языке профессионалов называется «заказным». Ответить на него до сих пор некому: следствие приостановлено в связи с розыском лиц, совершивших преступление. Есть две версии — официальная и негласная.

«Можно предположить, что убийство было заказано несколькими лицами, — полагает старший следователь прокуратуры Гагаринского района Руслан Федоровский. — Мне передали это дело не так давно, но одно могу сказать с уверенностью: масштаб заказа указывает на то, что в его реализации были задействованы немалые средства. Я думаю, что дальше Украины непосредственные заказчики не уезжали. Возможно, в противном случае следствие могло осуществляться в международном масштабе».

Теперь о версии народного происхождения. Те, кто непосредственно работал с покойным редактором газеты, предполагают, что его смерть была так или иначе связана с разделом нефтяного рынка в Севастополе. На это указывают публикации ведущих журналистов газеты, которые затрагивали эту небезопасную даже по тем лихим временам тему. Об этом говорят соседи Иванова, к которым тогдашние представители правоохранительных органов приходили с одним и тем же формальным вопросом: правда ли, что вы ничего не видели? Нужно отметить, к чести их нынешних коллег, пожелавших сохранить анонимность — они крайне удивлены тем, насколько небрежно велось первоначальное следствие. Будучи хорошо знакомыми с юридической процедурой в подобных случаях, эти люди отмечают полное пренебрежение даже формальными действиями со стороны тех, кто по долгу службы был обязан найти исполнителей и заказчиков убийства. «По меньшей мере странно, а вообще-то, вспоминая те времена, и так понятно, почему следствие зашло в тупик, — говорит один из сопричастных к следствию юристов. — Не будем называть фамилий, но некоторые должностные лица в Севастополе серьезно повлияли на то, чтобы следствие не двигалось. Я уже не говорю о том, что исполнители, скорее всего, уже мертвы. Сейчас это дело могло стать сенсацией, но тогда, судя по всему, его предпочитали лишний раз не упоминать».

«Работать с ним было возможностью ощущать себя полностью свободной и счастливой в творчестве, — говорит Елизавета Юрздицкая, ведущий обозреватель газеты «Слава Севастополя». — Он умел предоставить редкий шанс — полностью реализоваться тем, кто действительно этого хотел». «Встретить такую яркую личность — большая удача, которую люди творческих профессий воспринимают как ступень к фантастическому профессиональному росту», — говорит Татьяна Петрова, успешный предприниматель сегодня, талантливый сотрудник «Славы» — вчера. Один из действующих сотрудников «Славы Севастополя», давно знавший покойного, отказался от комментариев. Он сослался на то, что будет что-то говорить или делать только для «своей» газеты, ибо является реальным последователем В. Иванова в его должности.

Памятник погибшим журналистам в парке Свободы в Вашингтоне
Памятник погибшим журналистам в парке Свободы в Вашингтоне

Стеклянная стела — памятник погибшим журналистам всего мира — хранит имя Владимира Иванова в Вашингтоне. Его могила на кладбище Коммунаров выглядит намного проще. «Тихое место», — говорил В. Иванов, проезжая при жизни мимо привычным маршрутом.

Харизма покойного редактора городской газеты распространилась даже на тех сотрудников газеты, которые почти никогда не сталкивались с ним в реальной жизни. Она позволяла почувствовать себя свободными и независимыми людьми тем, кто в большинстве своем совсем никогда его не видел — стотысячной читательской аудитории.

«Прорвемся», — часто любил повторять Владимир Иванов. Ушедшие в мир иной имеют право ошибаться.

Надежда СВЕТЛИЦКАЯ